«Ястребиный» поворот ЕЦБ

Investing.com — На самом деле это было неизбежно.

Реалии постпандемического всплеска инфляции во всем мире окончательно захлестнули на прошлой неделе Европейский центральный банк, вынудив его признать, хотя и неявно, что ему придется ужесточить свою монетарную политику раньше, чем он думал.

Доходность государственных облигаций еврозоны подскочила после пресс-конференции главы банка Кристин Лагард в прошлый четверг, а фьючерсы на краткосрочную процентную ставку теперь исходят из того, что учетная ставка ЕЦБ, которая с 2019 года застряла на уровне −0,5%, а с 2013 года была ниже нуля, вырастет примерно на 40 базисных пунктов к концу года.

Акции банков еврозоны, долгие годы находившиеся под давлением политики отрицательной процентной ставки ЕЦБ, соответственно, взлетели. Индекс Stoxx 600 Banks в этом году вырос на 13%, в то время как акции Deutsche Bank (DE:DBKGn) и его более мелкого конкурента Commerzbank (DE:DE:CBKG) выросли более чем на 30%, достигнув самого высокого уровня с 2018 года.

Редко когда на рынке происходили такие сильные движения из-за того, что не было сказано, а не из-за того, что было сказано. Рынок отреагировал на то, что Лагард отклонила предложение повторить свои комментарии, сделанные ею в декабре, а именно о том, что повышение процентной ставки в этом году «очень маловероятно».

Вместо этого последовал довольно краткий комментарий: «Ситуация действительно изменилась». И чтобы убедиться, что никто не пропустил этот «сдвиг», Лагард рассказала о важности следующего заседания банка в марте, когда он обновит свои экономические прогнозы на следующие 2 года.

ЕЦБ всегда любит синхронизировать основные изменения своей политики с обновлениями в прогнозах. Те, которые должны быть опубликованы в марте, скорее всего, покажут, что инфляция останется выше среднесрочного целевого показателя банка 2% в течение всего этого года и, возможно, следующего года. Это даст ЕЦБ все основания для ужесточения своей денежно-кредитной политики.

Как и в случае с Федеральной резервной системой, ЕЦБ считает необходимым сначала прекратить покупку облигаций, прежде чем повышать процентную ставку. ЕЦБ покупал во время пандемии облигации примерно на 80 млрд евро в месяц. Покупки должны сократиться до 40 млрд в месяц с апреля, до 30 млрд с июня и достичь бессрочного обязательства до 20 млрд в сентябре. Но если, как заявил на выходных «ястреб» — глава голландского центрального банка Клаас Кнот, первое повышение ставки должно произойти в октябре, покупка активов к тому времени должна будет полностью прекратиться. Неудивительно, что рынку облигаций не понравилось изменение тона Лагард.

Для многих будет сюрпризом то, что ЕЦБ так долго ждал, чтобы присоединиться к почти глобальной тенденции центральных банков, пытающихся остановить рост инфляции. В то время как развивающиеся рынки, а затем Федеральная резервная система снизили свои стимулирующие меры эпохи пандемии уже в прошлом году, ЕЦБ решительно сопротивлялся этой тенденции, преследуемый воспоминаниями о преждевременном повышении ставки после великого финансового кризиса 10 лет назад. Эти ошибки спровоцировали разрушительный кризис доверия к жизнеспособности евро и, для некоторых членов валютного союза — потерянное десятилетие экономического роста.

Справедливости ради, скажем, что у ЕЦБ есть несколько веских аргументов против того, чтобы слепо следовать за другими центральными банками, спешащими ужесточить свою политику. Еврозона является достаточно большой экономикой, чтобы генерировать собственную динамику; здесь сокращение рабочей силы в начале пандемии было не таким драматичным, как в США, поэтому, хотя сегодня и имеются очаги напряженности, а официальный уровень безработицы находится на самом низком уровне для евро — 7,0%, рынок труда еврозоны далеко не такой напряженный, как в США. Заработная плата — до сих пор — почти не показывала признаков того, что рабочие пытаются вернуть то, что они потеряли из-за инфляции.

Что наиболее важно, большая часть рекордной годовой инфляции 5,1%, зарегистрированной за последние 12 месяцев, была связана с ценами на энергоносители, над которыми ЕЦБ не имеет власти и которые могут снижаться так же резко, как и расти.

Однако есть основания полагать, что на этот раз все иначе. Текущий всплеск цен вызван не столько ценами на нефть, сколько ценами на природный газ. Противостояние с Россией из-за «Северного потока — 2» уже длится дольше, чем многие ожидали, а оптовые цены на газ и энергоносители установились в диапазонах, значительно превышающих их средние исторические значения.

До сих пор в ответ правительства по всей Европе объявляли о субсидиях на счета за топливо для домашних хозяйств, исходя из предположения, что этот всплеск цен пройдет, как и многие другие до него, и субсидии — как и многие другие до них — могут быть постепенно отменены, когда настанут лучшие времена. Возможно, это еще может произойти, но в ближайшем будущем миллиарды, мобилизованные в рамках программы ЕС «Следующее поколение», будут потрачены на неустойчивые с финансовой точки зрения субсидии на экологически нерациональное потребление топлива. Если этого недостаточно, чтобы настроить самосознательный «зеленый» ЕЦБ на «ястребиный» лад, трудно представить, что еще может сделать это.

Автор Джеффри Смит

наверх